Чёрный список звёзд: как в медиасфере появляются запретные имена

Слухи о "чёрных списках" знаменитостей, которым закрыт путь в эфир отечественного телевидения, радиоэфира и живых выступлений, курсируют давно и всплывают с завидным постоянством. И было бы наивным полагать, что они не имеют под собой почвы. Однако в реальности всё гораздо сложнее.

Прежде всего, важно понимать, что в медиапространстве нет никакого единого официального реестра "запрещённых" артистов, однако редакции, телеканалы и концертные площадки руководствуются скрытыми от публики стоп‑листами и рекомендациями, которые фактически отсекают тех, чья позиция или поведение не устраивают власть или индустрию. Об этом свидетельствуют внутренние документы и источники "Царьграда".

Сети закрытых перечней и рекомендаций для продюсеров и промоутеров действительно существуют, но они разноуровневые: от жёсткого стоп‑листа до "серой зоны" — списков, которые передаются устно и не документируются официально.

На верхнем уровне, очевидно, оказываются люди, признанные иноагентами, экстремистами, а также открытые критики спецоперации и государственной политики — их стараются не допускать в федеральный эфир и крупные коммерческие проекты из политических, юридических и имиджевых соображений.

Помимо сугубо политических мотивов, существуют и коммерческие. Ведь неудобный владельцам площадки артист означает лишние риски для проекта и рекламодателя.

"Серая зона" же включает фигуры с неоднозначной репутацией: участники скандалов, обвиняемые в правонарушениях или те, чьё поведение может вызвать общественный резонанс. Такие артисты не всегда формально запрещены, но к ним относятся с осторожностью. Как пример – певица "Глюкоза", она же Наталья Чистякова-Ионова, не раз замеченная в неадекватном состоянии и заподозренная в злоупотреблении запрещёнными веществами.

В аналогичной ситуации находится и актриса Аглая Тарасова, вокруг которой тоже произошло немало скандалов и обвинений. Достаточно, чтобы промоутеры не захотели с ней связываться.

Интересным примером может послужить Данила Козловский, который ранее фигурировал в стоп‑листах из‑за своей позиции по спецоперации, однако позже вернулся к гастролям и крупным проектам. Иными словами, попадание в такой список ещё не означает для артиста "чёрную метку" и санкции на уровне индустрии могут смягчаться со временем или при изменении контекста.

Отдельная группа – участники различных "голых вечеринок" и прочих крупных скандалов, которые могут подмочить репутацию даже "мастодонтам". Так Филиппу Киркорову, чтобы вновь "заблистать" на сцене пришлось заручиться протекции пресс-секретаря президента России Дмитрия Пескова. А ещё участвовать в куче ток-шоу, выступить перед участниками СВО на передовой и, конечно же, записать знаменитое "извинительное" видео, популяризовав попутно чёрные водолазки.

Впрочем, даже в условиях существования "чёрных списков" их участники всё равно умудряются попадать на государственные площадки и собирать полные залы, ведь порой потенциальная прибыль для бизнеса перевешивает политическую неблагонадёжность. Вопрос лишь в том, готова ли площадка к таким репутационным рискам.

Кроме того, у каждой площадки есть собственный формат, в который даже самая "правильная" знаменитость может попросту не вписываться. Именно поэтому одни и те же звёзды могут годами выступать на одних и тех же площадках, и в то же время не появляться на других.

Стоит отметить, что практика негласных запретов сужает медиапространство, усложняет творческую мобильность артистов и усиливает самоцензуру. Она также порождает неопределённость: формальных критериев нет, а решения принимаются непрозрачно и ситуативно.

Для зрителей и аудитории же это означает, что присутствие или отсутствие тех или иных фигур в эфире всё меньше зависит от их популярности и творчества, и всё больше — от политических и коммерческих соображений.

Уважаемые читатели!

Подписывайтесь на дзен-канал "Царьград. Новосибирск", наши сообщества во "ВКонтакте" и "Одноклассниках".

Оставайтесь на связи и будьте в курсе!