"Самая опасная точка": политолог назвал два сценария войны с Ираном после дедлайна Трампа
Ставка Ирана – не победить, а сделать цену давления неподъёмной для Вашингтона.
Мир находится не у финала, а в самой опасной точке принудительной дипломатии Дональда Трампа. Президент США хочет перекроить Ближний Восток, угрожая всем, кто не согласен с политикой Вашингтона – от Кубы и Венесуэлы до Ирана. Такое мнение в комментарии для "Царьграда" высказал политолог-востоковед Дмитрий Бридже:
На мой взгляд, мы подходим не к финалу, а к самой опасной точке принудительной дипломатии президента США Дональда Трампа, который хочет принудить мир, в принципе, хочет мир поменять.
Трамп довёл риторику до предела. Он дал Тегерану срок до 7 апреля, пригрозив ударами по мостам и энергосистеме, если Иран не согласится на американские условия, включая открытие Ормузского пролива. Но Тегеран уже отверг схему временного прекращения огня и выдвинул встречный пакет требований – от безопасного прохода через пролив до снятия санкций. По словам эксперта, Иран не собирается капитулировать под ультиматумом и пытается перевести давление в торг на своих условиях.
США способны нанести Ирану колоссальный системный урон – уничтожить экономику, инфраструктуру, транспортные узлы. Вашингтон может резко расширить воздушную кампанию. Но уничтожить Иран как государство одной серией ударов – совсем другая задача, считает Бридже.
Политолог отметил:
Даже после ударов США и Израиля в 2025-м году иранская ядерная программа была серьезно отброшена назад, но не ликвидирована полностью. При этом, у Ирана сохраняется крупнейший и наиболее разнообразный ракетный арсенал на Ближнем Востоке. Иными словами, Америка может опустить страну в тяжелый кризис, но не может гарантированно выключить ее за одну ночь.
Ставка Ирана – не победить США в прямом военном смысле, а сделать цену давления настолько высокой, чтобы Вашингтон был вынужден вернуться к переговорам. Эксперт выделяет два сценария. Первый и наиболее вероятный – ограниченная, но жёсткая эскалация после дедлайна: новые удары по инфраструктуре, нефтехимии и транспортным узлам, после чего снова откроется дипломатическое окно. Второй – регионализация войны, если иранский ответ затронет американские базы, энергетику монархий Залива или коммерческое судоходство.
Трамп сейчас играет на психологическом давлении, но это давление не равно стратегической победе. Он уже несколько раз переносил собственный дедлайн. Иран можно тяжело ранить, но быстро сломать как государственный механизм у США не получится. Это, по мнению эксперта, провал политики Вашингтона.