Это уже "красная линия"? Украинский рейд в Брянскую область – пощёчина России

Украина – государство-террорист. Русские это знали давно; мир не хочет этого признавать сейчас и не захочет завтра. Однако в четверг, 2 марта киевский режим собственноручно подписался под этим вердиктом.

Рейд разведывательно-диверсионных групп (ДРГ) в мирные посёлки, захват жителей в заложники, стрельба по детям – это то, что ни при каких условиях не может быть названо военными действиями, даже в самой извращённой их форме.

Это – акт государственного терроризма. И ответ на него должен быть соответствующим. 

Картина крупными мазками

В четверг утром губернатор Брянской области Александр Богомаз сообщил, что группа украинских военных проникла в село Любечане Климовского района.

Диверсанты совершили обстрел движущегося автомобиля. В результате обстрела один житель погиб, ранен десятилетний ребёнок. В настоящее время ребёнок доставлен в больницу, ему оказывается вся необходимая помощь,

– написал глава региона в своём телеграм-канале.

Позже стало известно, что от украинских пуль пострадала девочка. Сначала телеграм-каналы ошибочно сообщили, что школьница скончалась в больнице, но позднее стало известно, что она всё-таки выжила.

Практически одновременно с новостями из Любечан стало известно об обстреле, а затем – и нападении украинских террористов на село Сушаны.

Общая численность нападавших оценивается в 40–80 человек. По количеству заложников точных данных нет. Тем не менее, если украинской ДРГ удалось захватить несколько десятков человек, это говорит о повторении приёма, которым пользовались чеченские террористы при захвате Будённовска летом 1995-го и набеге Хаттаба на Буйнакск в 1997-м.

Параллельно с атакой на Брянскую область ВСУ также обстреляли поселок Тёткино в Курской области – один из местных жителей погиб.

Очень неудобные вопросы

Как так вышло, что через год после начала спецоперации против совершенно отмороженного террористического режима граница с ним остаётся проницаемой для вооружённых групп боевиков?

От улицы Коммунистической села Любечане, идущей практически параллельно границе с Украиной, до этой самой границы – около 5800 метров. Этой глубины достаточно для установки нескольких сотен (!) рядов колючей проволоки, оборудования огромного минного поля. Расположенный между селом и границей лесок даёт возможность разместить в нём секреты с пулемётами, засады снайперов.

Да, диверсанты могли зайти в село и обходным манёвром. Но на то и существует пограничная служба, чтобы контролировать границу. Село можно было отдать и под защиту военных: одна рота обычной мотопехоты на стареньких БМП – уже грозная сила для вражеской ДРГ, которая вынуждена тащить всё оружие и боеприпасы на себе и потому редко имеет возможность вести активную перестрелку больше часа.

Аналогичная ситуация – с селом Сушаны, с той лишь разницей, что расстояние до границы там поменьше (чуть больше километра в самом узком месте), а леса – погуще и побольше. Соответственно, и охранять его следовало лучше.

Главные вопросы этого дня – почему украинские военные смогли проникнуть через границу и как получилось, что приграничные населённые пункты не имели защиты? Вопросы эти более чем серьёзные, и мы надеемся, что ответы на них будут сопровождаться жёсткими кадровыми решениями. О которых обществу будет рассказано официально и открыто. 

Пробьём дно в поисках "красных линий"?

Тем временем, пока конкретики по событиям не так много, давайте попробуем осмыслить произошедшее с концептуальной точки зрения.

Во-первых – что совершенно очевидно и не вызывает никаких сомнений, – командование ВСУ обкатывает новую тактику террористических набегов на русские населённые пункты.

Произошедшее нельзя списать на эксцесс исполнителей. Мол, украинское командование послало диверсантов взрывать военный объект, а у тех сдали нервы и они вломились в село. Между Сушанами и Любечанами – расстояние в 21 км. Слишком мало, чтобы сёла находились в разных зонах ответственности, но достаточно, чтобы максимально затруднить их защиту силами меньше полка. Нападение было произведено синхронно, то есть перед нами очевидный замысел и выполнение операции.

Во-вторых, для всех очевидно, что никаких международно-правовых последствий для Украины не будет. Запад уже многократно закрывал глаза на военные преступления своих цепных зомби, закроет легко и на этот раз. Никакая ООН, международное право и международное лево не защитят русских от украинских террористов. Это может сделать только наша армия.

Что делать и чего не надо делать России

Первое – чего России и нашему руководству нельзя делать ни в коем случае – это "выражать озабоченности", возмущение, грозить последствиями за нарушение пресловутых "красных линий". Украина пересекла красную линию год назад, когда в первый раз обстреляла Белгородчину. Дальнейшие словесные протесты – банальное приглашение продолжать то, что они уже вовсю делают.

Время предупреждать прошло. Настало время карать.

Что следует предпринять? Прежде всего – снять все формальные и неформальные гарантии безопасности. Также необходимо ликвидировать верхушку террористов на Украине. Эти люди – не военачальники, не официальные лица; эти люди – террористы.

Опыт Израиля показывает, что только систематическое истребление верхушки крупных террористических и повстанческих организаций позволяет обнулить их эффективность по проведению крупных терактов. Грубо говоря, уже сегодня нужны удары по домам этих деятелей. А завтра – переход к систематическому истреблению украинского руководства и командированных в страну иностранных советников-отпускников.

Второе – возможно, следует наконец прекратить СВО и официально объявить Украине войну. Кажется, что это пустая юридическая формальность. Однако на самом деле статус спецоперации оставляет очень много лазеек для финансовой и ресурсной подпитки террористического украинского режима. Например, позволяет качать наш газ через украинскую газотранспортную систему и, соответственно, переводить Киеву миллионы долларов за транзит.

Нам нужно уничтожить врага. В противном случае теракты не только не прекратятся, но и будут нарастать. Террор нельзя остановить примиренческими предложениями. Только ещё более свирепым и эффективным террором.

В конце 90-х и начале нулевых наше руководство хорошо понимало данную истину; именно благодаря этому Москве удалось покончить с гнездом международных террористов в Чечне. Практически все лидеры тогдашнего бандподполья были физически уничтожены. Кремлю пора вспомнить собственный успешный опыт 20-летней давности.

В сущности, в свете последних событий выбор стоит именно между тем, начнём ли мы полноценную войну с целью полного уничтожения врага или так и будем терпеть террористическую войну в русских городах и сёлах.

Третье – пожалуй, самое трудное в реализации, но совершенно необходимое: нужно двигать фронт на запад и на юг. Для начала – до Днепра, а затем и до линии Ровно – Винница. Это не прихоть, не имперские амбиции: это зона безопасности минимальной глубины, позволяющая обеспечить безопасность России от ударов современными средствами поражения и террористических набегов врага, и диверсий с применением радиоактивных материалов.

Ну и, наконец, – самое неочевидное, но очень важное. Нужно вспомнить опыт, который продемонстрировала миру террористическая интервенция в Сирию и который упорно не хотят замечать.

Суть этого опыта состоит в том, что нужно радикально развинчивать гайки оружейного законодательства. Каждый законопослушный гражданин должен иметь возможность держать в доме штурмовую винтовку. Просто потому, что только вооружённое население может дать отпор бандам террористов. Государство же в принципе не способно поставить в каждом селе по взводу пехоты, а в каждом городке по батальону спецназа. Это невозможно экономически.

Поэтому граждане должны иметь возможность защищать себя от вражеских ДРГ, каковые, по сути, являются лёгкой пехотой и в бою с ополчением особых преимуществ иметь не будут.

В Сирии годами повторялась одна и та же ситуация: боевики незаметно просачивались в город, затем штурмовали административные здания и полицейские участки. Прибывавшая на место армия начинала стрелять по врагу из гаубиц и танков, а джихадисты, отстреляв все гранатомёты, выгоняли из города местных жителей и покидали его сами, растворяясь в толпе беженцев.

Разорвать этот замкнутый круг удалось только тогда и там, где режим Башара Асада согласился взаимодействовать с местными ополченцами. Между милиционными отрядами и армией была налажена связь, благодаря чему ополченцы сковывали джихадистов боем, а армейские части более или менее оперативно выдвигались к ним на помощь.

Это очень полезный для нас урок.

Мы действительно находимся в состоянии очередной Великой Отечественной войны. И сражаться в ней придётся всем и каждому – даже тем, кто живёт в сотнях километров от линии фронта.